Пресса

Алла Васильева: "Фашизм - это страшное зло, которое не должно повториться"

04 мая 2012

Режиссер Алла ВасильеваВеликая Отечественная война - отдельная тема для русского искусства двадцатого века. О самой страшной странице нашей истории написаны книги, симфонии, песни, сняты фильмы, ей посвящены живописные работы. Но что из всего этого выдержало проверку времени, трогает до слёз не только души участников битв, но и сердца поколений, не знавших войны? Об этом мы разговариваем с режиссёром Красноярского театра юного зрителя Аллой ВАСИЛЬЕВОЙ, которая поставила на сцене ТЮЗа не совсем обычный по современным меркам спектакль - «А зори здесь тихие...».

- Алла Анисимовна, почему среди множества произведений о войне Вы выбрали именно повесть Бориса Васильева?

- Эту постановку мы готовили к 65-летию Победы. Я, как человек, имеющий отношение к войне - мои близкие родственники (отец и дядьки) были на фронте и многое рассказывали, - пройти мимо этой даты не могла. Наши зрители в большей степени - молодые люди, поэтому мне хотелось, чтобы материал был понятен тем, кто о войне ничего не ведает или очень мало знает. Тогда перелопатила очень много литературы о войне, но, перечитав «А зори здесь тихие», поняла: это то, что нужно нашему театру. Конечно, в своё время я была под большим впечатлением от фильма, но спустя много лет, взяв книгу Васильева в руки, испытала немного другие ощущения, чем в молодости. Решила сама написать пьесу по повести, определив её жанр как героическая поэма.

- Вы наблюдаете за реакцией зала? Ведь часто подростков приводят в театр почти насильно, строем. Некоторым совсем неинтересно то, что происходит на сцене, и зацепить их чем-то чрезвычайно сложно.

- Конечно, я слежу за зрителями. В первое время была поражена их реакцией: подростки, особенно девочки, настолько эмоционально откликались на происходящее... Сначала дети скептически смотрели на сцену, но постепенно втягивались в действие, и я видела слёзы на глазах у молодых людей. Плачут в основном, конечно, девушки. Мне это очень дорого, потому что я думала, что нынешнее поколение молодых смотрит на жизнь довольно отстранённо, жёстко.

- Есть такое ощущение, что нынешние подростки, которые родились через несколько десятков лет после Победы, не понимают, что такое война. Им трудно представить, что когда-то ветераны, которые сегодня выглядят глубокими стариками и старушками, были настоящими героям, людьми, которые отстояли Родину. Фильмов старых про войну подростки, как правило, не смотрели… Кажется, что война для них что-то вроде компьютерной игры, а что такое боль, смерть, разлука - представить им сложно.

- Вы знаете, судя по реакции на спектакль, несмотря ни на что, наша молодёжь понимает, что такое война. Как-то ко мне после спектакля подошёл человек, поблагодарил и сказал: «Знаете, я как в церковь сходил». Мне было приятно. Я хотела поставить спектакль о чистоте души и о любви, потому что это не может не трогать. Ведь все молодые хотят любить, верят, что у них всё сложится хорошо в будущем. И когда они в спектакле видят, что у таких же, как они, всё забрали, их охватывает настоящий ужас. Всё, что происходит на сцене, они примеряют на себя и поэтому плачут. Значит, девочки, которых описал Васильев и которые могли бы быть бабушками и прабабушками тех, кто сидит сегодня в зале, похожи на сегодняшних девчат. Люди ведь, по большому счёту, не меняются со временем: да, мир вокруг становится иной, но человек по-прежнему хочет любить, рожать детей.

- Ветеранам Вы показывали спектакль?

- Да. Я очень переживала, думала, что им будет тяжело смотреть, вспоминать своё военное прошлое. Но, знаете, они отнеслись к этому спектаклю философски. Кто-то, конечно, поплакал, но как ребятишки рыдали - такого не было. Видно, что для людей, наяву видевших смерть, войну, горе, голод, смотревших фильм и читавших произведение Бориса Васильева, спектакль не стал таким же откровением, как для их внуков и правнуков.

- Когда Вы отбирали актёров для спектакля «А зори здесь тихие», на что, кроме профессионализма, обращали внимание?

- Чтобы участвовать в этом спектакле, у каждого актёра-человека должна, на мой взгляд, быть гражданская позиция. Мне важно было, как актеры относятся к понятию «Родина», знали, что такое война, фашизм… И для девчонок, играющих в этой постановке, и для Анатолия Кобелькова, которому выпала роль старшины, это не пустые слова. Я вижу, что их всех по-настоящему волнует эта история, они сопереживают героиням.

У нас ушла актриса, которая играла Риту, и нам пришлось вводить новую исполнительницу - Надю Вонсович. Её настолько тронуло это произведение, что она не могла сначала репетировать - рыдала. Остальные девчонки тоже на первых читках плакали. Но постепенно, от репетиции к репетиции, освободились от жалости к героям. Теперь просто доносят эту историю до зрителей, которые сопереживают молодым людям сороковых. Ребята-актёры любят этот спектакль и очень радуются, когда он появляется в репертуарном плане дополнительно.

- Есть ли сегодня драматургия, которая как-то затрагивает тему патриотизма, интересует ли тема Великой Отечественной войны молодых драматургов?

«А зори здесь тихие...»- К сожалению, нет. Более того, даже если отойти от военной тематики, я вообще не нахожу произведений, которые бы тронули меня. Даже если в пьесе есть конфликт, то, как правило, произведение слабо написано, построено драматургически и браться за эту историю совсем не хочется. Поэтому очень часто режиссёры обращаются к классике. И надо сказать, дети смотрят спектакли на вечные темы с удовольствием.

- Какие произведения о войне - фильмы, книги - Вам близки?

- Я считаю замечательными такие картины, как «Женя, Женечка и «катюша», «Военно-полевой роман», «В бой идут одни старики». Очень люблю военную прозу Виктора Астафьева. Мне понравился спектакль по его произведении «Весёлый солдат», который, к сожалению, очень недолго шёл в театре имени А. С. Пушкина. Жаль, что зритель проигнорировал эту постановку Тростянецкого - ведь убрали её из репертуара из-за невостребованности. Люди отчего-то не хотели смотреть этот хороший, но тяжёлый и трагический спектакль. По всей видимости, зритель желает отдыхать в театре, а не думать, сопереживать. Тема войны - очень опасная и сложная.

- Когда Вы не были режиссёром, а актрисой, доводилось ли Вам играть в военных постановках?

- В своё время я занималась в народном театре у Ефима Львовича Гельфанда. Он тогда уже был на пенсии и вёл театральную студию в Доме офицеров. Я играла Зою Космодемьянскую в музыкально-литературной композиции. Мне очень нравилась играть эту героическую девушку.

- Как Вы относитесь к профашистким книгам, фильмам, которые как грибы стали появляться в последние десятилетия? В них германская армия изображается чуть ли не спасителем-освободителем.

- Я не понимаю этого. Для меня фашизм - это страшное зло, которое ни в коем случае не должно повториться. Чтобы в этом убедиться, нужно просто посмотреть «Обыкновенный фашизм» - документальный фильм Михаила Ромма. Это не художественная выдумка, в картине использованы трофейные хроникальные материалы из киноархивов министерства пропаганды нацистской Германии и личного фотоархива Гитлера. Разве могут люди, которые убивали детей и стариков, ставили медицинские опыты, сжигали целые деревни, пытали пленных, быть освободителями? Для меня ответ однозначный - нет.

К сожалению, нашей стране неведома золотая середина. Мы или всё восхваляем либо всё отвергаем, втаптываем в грязь. Мне кажется, что самое лучшее способ воспитание патриотизма, любви к Отчизне - это бережное отношение к истории.

Марина ЯБЛОНСКАЯ
"Городские новости", 4 мая 2012 г.

 
Фасад театра юного зрителя в Красноярске

КРАСНОЯРСКИЙ ТЕАТР ЮНОГО ЗРИТЕЛЯ
Красноярск, ул. Вавилова, 25, 660025

Телефон приемной: +7 (391) 265-60-05
Телефон касс: +7 (391) 213-10-32, 213-14-65

КАССА РАБОТАЕТ
ежедневно с 10.00 до 20.00
Обед: 12.30-13.00, 15.30-16.00

© 2012 Краевое государственное автономное учреждение культуры «Красноярский театр юного зрителя»

Создание ПО сайта: Vaviloff&Quindt
Логотип: Проектно-маркетинговая группа «+1»